Не говори ему «прощай!» - Московская перспектива

Не говори ему «прощай!»

Не говори ему «прощай!»
Не говори ему «прощай!»
11 апреля в Москве закрылся легендарный Елисеевский гастроном, отметивший в этом году 120-летие. Когда эта весть облетела город, многие москвичи, включая автора этих строк, решили напоследок наведаться в культовое место на Тверской, 14, чтобы бросить прощальный взгляд на уникальные интерьеры и лепнину, на знакомые с детства витрины, полюбоваться игрой хрусталя огромной люстры, в которой, по легенде, отец-основатель магазина Григорий Елисеев перед отъездом из России спрятал свои сокровища. Впрочем, власти города поспешили успокоить людей: несмотря ни на какие юридические коллизии, послужившие причиной закрытия гастронома, этот выдающийся памятник архитектуры и истории будет обязательно сохранен

«Успеть до закрытия!» – сказала я дочери, и вот мы снова входим в «Елисеевский» – и замираем перед бронзовым бюстом его создателя, открывшего в 1901 году в центре Москвы роскошный гастроном, ставший известным московским брендом, а в советский период главным гастрономом страны. Оказавшись в огромном торговом зале, фотографируем и снимаем видео на память – будет что показать внукам. Продавцы скучают у прилавков – покупателей нет, а некогда ломившиеся от изобилия витрины опустели. Кажется, что загрустил и сам Григорий Елисеев, недоуменно обозревающий с портрета на стене свое выдающееся детище, оставшееся 120 лет спустя без товаров и клиентов.

«Шедевральный» магазин петербуржский купец Елисеев обустроил на первом этаже бывшего особняка Екатерины Козицкой (вдовы статс-секретаря Екатерины II Григория Козицкого), построенного еще в XVIII веке в стиле классицизма по проекту Матвея Казакова на углу Козицкого (бывшего Успенского) переулка и Тверской. Открытие гастронома 23 января (5 февраля по новому стилю) 1901 года стало знаковым событием в городе и поворотным в истории торговли, ведь Елисеев изменил представление русского человека о том, как должен выглядеть магазин продуктов. В Москве появился не просто магазин, а дворец изобилия и роскоши. Здесь поражало все: и богато оформленные интерьеры, талантливо выполненные архитекторами Гавриилом Барановским, Марианом Перетятковичем и Владимиром Воейковым, и витрины, на которые впервые стали выкладывать товар пирамидками (это «ноу-хау» Елисеева успешно прижилось и получило повсеместное распространение), и высокий уровень обслуживания, и, безусловно, сами деликатесы. Взору изумленных москвичей предстали разнообразные сорта чая и кофе, заморские вина, трюфели и анчоусы, морепродукты, несколько видов сыров, колбас и даже оливковое масло из самого Прованса. Слава о шикарном гастрономе прогремела на всю Россию. «Храм Бахуса», «храм еды», «дворец обжорства» – как только его не величали! К слову, за более чем вековую историю магазин закрывался лишь однажды – после событий 1917 года, а начиная с 1920-х, во времена НЭПа, он открылся уже под вывеской «Гастроном № 1» и вновь стал процветать.

Лично для меня, как и для многих москвичей моего поколения, «Елисеевский» – память детства. Впервые меня привезла сюда бабушка в 1976-м забрать по заказу торт-мороженое, украшенный четырьмя разноцветными кремовыми розочками. Разве можно забыть его вкус! В дом № 14 на Тверской (тогда улица Горького) мы приезжали за черной и красной икрой, за шпротами, за заломом и за финским сервелатом, за «Птичьим молоком» и даже за такой диковинкой, как ананасы. Каждая поездка в «Гастроном № 1» напоминала путешествие в сказочный дворец, где удивляло все: богато оформленные потолки и стены, фигурные колонны и светящиеся люстры в виде свисающих гроздьев винограда, английские часы с маятником, подсветка витрин и изобилие товаров (по меркам того времени). Да и сами продавцы в накрахмаленных белых передниках, колпаках и «при воротничках» – вежливые, обходительные, скорее напоминавшие дворецких, нежели типичных представителей советской торговли из обычных продмагов. А аромат свежевыпеченных булочек и шоколада! Не переставали мы посещать «Елисеевский» и в постсоветские времена, когда магазин спустя десятилетия вновь вернулся в частные руки и с трудом удерживал конкуренцию с крупными сетевыми гастрономами. Наслаждались красотой и атмосферой, обязательно выпивали по кофейку, закусывая свежайшей, тающей во рту ватрушечкой или пирожным. Своей традиции мы не изменили и в последний апрельский визит сюда. К слову, из фирменной пекарни выпечка на прилавки «Елисеевского» поступала каждые полчаса, эту марку магазин держал до последнего.

Не лишним будет напомнить, что в 2016 году «Елисеевский» отреставрировали. Власти города сделали все для того, чтобы воссоздать исторический облик особняка образца начала XX века и сохранить элементы декоративного убранства фасадов 1870-х годов. К слову, во время ремонтно-восстановительных работ магазин не закрывали. Со своей задачей реставраторы успешно справились, у москвичей и туристов появился повод наведываться на Тверскую, 14, почаще. Но в 2020-м урон магазину нанесла пандемия – поток покупателей резко упал. Возникли и проблемы юридического характера. Теперь в юбилейный для «Елисеевского» год вместо праздничного настроения – тревога за его дальнейшую судьбу. Владельцы объекта сообщили, что Росреестр не регистрирует право собственности на дом-памятник, где расположен магазин, что создает дополнительные трудности. В Росреестре же пояснили, что часть «Елисеевского» входит в состав другого нежилого помещения и не является самостоятельным объектом недвижимого имущества по госкадастру. Для его раздела правообладателю нужно обратиться в столичное управление Росреестра. В общем, как и когда разрешится ситуация, пока никто не знает. Однако заявление столичных властей о том, что легендарный гастроном сохранят во что бы то ни стало, обнадеживает.

«Вне зависимости от того, кто станет собственником или пользователем объекта, с ним будет заключен охранный договор с обязательствами по сохранению памятника архитектуры, объекта культурного наследия федерального значения», – заявили в департаменте городского имущества Москвы.
Конечно, хотелось бы, чтобы «Елисеевский» вновь был общедоступным. Так что последняя страница в «деле «Гастронома № 1» не перевернута. И мы не будем говорить ему «прощай!».