Район, где нет достопримечательностей: неофициальная история Метрогородка - Московская перспектива

Район, где нет достопримечательностей: неофициальная история Метрогородка

Район, где нет достопримечательностей: неофициальная история Метрогородка
Район, где нет достопримечательностей: неофициальная история Метрогородка Фото: Алексей Синяков
В Метрогородке долгое время не было ни одного коренного москвича, мало кого удивляли массовые драки, в которые боялась вмешиваться милиция, а советская архитектура в прямом смысле убивала людей. В ближайшие годы там снесут половину домов, а старый Метрогородок останется только в памяти и на фотографиях. Пока этого не произошло, «Московская перспектива» пообщалась с его жителями, которые застали почти все изменения вдоль Открытого шоссе, и выяснила, почему, несмотря на маргинальное прошлое, Метрогородок считается одним из лучших районов Москвы, по крайней мере, среди своих

Между свинарником и лесом

В мае прошлого года планы строительства дублера Щелковского шоссе через национальный парк «Лосиный остров» вызвали множество споров, так как проект предполагал вырубку 140 гектар леса, а жители Метрогородка и соседних с ним районов выходили на одиночные пикеты к зданию Минприроды РФ.

85 лет назад, когда местность еще не входила в состав Москвы, никакие протесты были невозможны — именно тогда власти утвердили решение расчистить часть лесных угодий и построить жилье для сотрудников Метростроя. 

Фотографий стройки почти не осталось, но как на месте парка вырос новый район, показывают карты. 

Если на неосуществленной «Схеме основных магистралей, обводнения и озеленения Москвы» 1935 года отчетливо видно, что район покрывает глухой лес, то уже на карте 1939 года местность отмечена как «Метростроевский городок» —  несколько корпусов и светлое городское пространство вокруг вместо прежней зелени.

Снимок экрана 2020-07-06 в 16.06.46.png

Застройка Метрогородка. Фото: pastvu.cum

Сначала на месте леса появились несколько деревянных бараков рядом с автобазой Метростроя, которая сохранилась до сих пор, а потом район начал разрастаться — с юго-запада на северо-восток. Городок находился за путями Московской кольцевой железной дороги, примерно тогда же через пути перекинули мост, по которому пустили одну трамвайную линию без разворота (трамвайный круг с конечной остановкой «Интернат №78» появился, предположительно, в первой половине 1960-х).

9keA1AmXkeM.jpg

Район начинается с овощебазы

Сейчас больше 80% территории района занимает лес, а район компактно помещается между мостом, «Лосиным островом» и промзоной. И это один из факторов, почему местным Метрогородок нравится — здесь всегда чистый воздух — от самого удаленного от «Лосиного острова» дома до парка всего 10-15 минут пешком, и это не считая зелени между дворами, которая иногда почти полностью закрывает фасады пятиэтажек. Но экология повышала статус района далеко не всегда. Еще во времена Леонида Брежнева запах листвы нередко контрастировал с менее приятными испарениями, совсем не характерными для Москвы, — прямо у самого трамвайного моста, который служит единственным въездом в район, располагалась свиноферма. Запах стоял такой, что приезжающему приходилось брезгливо прикрывать лицо, вспоминают старожилы. Даже сегодня некоторые жители соседних районов могут точно называть года, когда дышать было трудно — ветер разносил веяния сельского хозяйства на несколько километров вокруг. Житель соседнего района Гольяново Александр Морозов до сих пор помнит, как в 1974 году запах окутал дворы на Алтайской улице, а Наталья Королева из Восточного Измайлово утверждает, что фермой пахло даже на 16-й Парковой, возле МКАД.

Сейчас с экологией в Метрогородке лучше, чем в большинстве других районов Москвы, — 30 июня в Метрогородке заметили кабанов, 1 июля краснокнижную ящерицу, а 2 июля завтракающего полевой травой лося.

Дом, который убивал людей

В 1960-х в Московском научно-исследовательском и проектном институте типологии и экспериментального проектирования (МНИИТЭП) решили удешевить строительство панельных домов. Серия 9-этажек II-49 в некоторых вариантах грешила теплоизоляцией, поэтому в качестве эксперимента утеплитель в щелях между стенами решили пропитать фенолформальдегидной смолой, по-простому фенолом. Несколько «фенольных домов» построили в Метрогородке.

Vj5qRefItSY.jpg

Закрытый вход в один из фенольных домов

Житель одного из таких домов (№ 24, корп. 2 по Открытому шоссе), Сергей говорит, что в их подъезде никаких проблем со здоровьем у людей не наблюдалось. Но проблемы были у жителей грязно-голубой 9-этажки, закрывающей микрорайон со стороны Открытого шоссе.  

— Дети рождались и через некоторое время умирали, — вспоминает он. — Многие даже не успевали пойти в школу.

На старых картах «дом смерти» имел адрес: Открытое шоссе, 24, корп. 1. Самым распространенным заболеванием была онкология, в квартиры никого не прописывали, говорит Сергей. Дом был ведомственным, в нем проживали военные.

Метрогородок очень похож на районный центр: в нем живет меньше 40 тысяч человек, люди узнают друг друга в транспорте и на улице, а любая новость без газет и интернета почти со скоростью трамвайного движения становится достоянием двора. Однако Сергей совсем не помнит, чтобы в советское время говорили о «доме-убийце» — по его словам, страшные истории отравлений начали курсировать по району вместе с падением СССР.

— Смертность была запредельная, рождались трупы, — говорит он. — Там происходил такой ад, что дом просто взорвали.

JTpcjCBGY10.jpg

Кирпичный дом на месте взорванного

Произошло это 5 декабря 2006 года. Полиция оттеснила зевак на другую сторону шоссе, в основание дома заложили несколько детонаторов, центральные подъезды обвалились сразу после взрыва, а два оставшихся «корпуса» повалили на землю при помощи строительной техники под аплодисменты и одобрительные замечания толпы. Позже на месте «фенольного дома» построили кирпичную многоэтажку с подземным паркингом. 

Очень конфликтный мост и шпана, которая останавливала трамваи

— Наш район не совсем московский, — говорит пожилая жительница дома 24, корпус 14 по Открытому шоссе, которая не захотела представляться. — Сюда селили людей, которые работали на строительстве метро. Как вы понимаете, это люди со всей страны, никто из них не был москвичом. Исключение, может быть, наш дом, его строили в конце 1980-х для врачей.

Zzx_EZlHzxU.jpg

Школа рядом с фенольным домом

Максим [имя изменено по его просьбе], который родился в Метрогородке, вспоминает, что до конца девяностых в районе пользовались популярностью развлечения из послевоенной Москвы — на трамвайном мосту часто устраивали драки район на район, в которых участвовали жители Метрогородка и Богородского. Причины для драк были бытовые, рассказывает он, кто-то кого-то мог толкнуть плечом или оскорбить, начиналось выяснение отношений, на которое через сарафанное радио быстро собирались самые боевые.

— Но дело еще в вот в чем, — говорит он. — До того как Богородское стало Москвой, на его месте была деревня, но ее жители быстро стали чувствовать себя москвичами. Потом в состав города включили Метрогородок, где даже «приблизительных москвичей» не было. И жители Богородского, которых не очень любили в соседних районах, получили соседей, которых сами могли по праву называть «лимитой», — отсюда вражда. 

b7OpHZ4ThNA.jpg

На теле Максима чередуются друг с другом околофутбольные татуировки и небольшие шрамы, он считает, что ненависти между двумя районами было больше, чем между фанатами ЦСКА и «Спартака», и больше, чем в свое время между правыми и антифашистами.

— На мосту могло драться человек 50-80, люди прибегали с металлическими цепями, битами, причем драки были настолько жесткими, что менты приезжали только под самый конец, чтобы забрать тех, кто уже лежит.

Последний крупный конфликт между районами произошел в конце девяностых, вспоминает Максим. Тогда, по его словам, несколько жителей Богородского встали на трамвайных путях и оставили движение. Когда на мосту скопилось 4 трамвая, их заполнили «бойцы».

— На каждой остановке из [каждого] трамвая выскакивала толпа, бежала во дворы и нападала на мужчин, которых видела. Такие группы вышли на четырех остановках. Если не ошибаюсь, кого-то даже убили.

— А полиция?

— А что полиция? Вся полиция — это те же пацаны из Метрогородка, — говорит Максим. 

Децл и школьники-наркоманы

Станции метро «Черкизовская» и «Улица Подбельского» («Бульвар Рокоссовского») открыли в 1990 году, до этого события жители Метрогородка, чтобы добраться до метро, были вынуждены пользоваться общественным транспортом, который мог везти их 20-30 минут до «Сокольников».

C6hI5hOt77Y.jpg

Автобаза Метростроя

—Это было самое ближайшее место для тусовок — из тихого Метрогородка мы ездили на трамвае в Макдональдс, — вспоминает Максим.

— У нас в районе была одна английская школа и три плохих, — недовольно продолжает он. — В них была неукомплектованность учебниками и учителями, а примерно с возраста 7-8 класса некоторые школьники начинали употреблять героин. 

По словам Максима, на афганские наркотики тогда подсела довольно заметная часть молодежи. Рано или поздно это должно было привести к жертвам. В один из махровых девяностых годов по району разнесся слух, что наркоманы пытались отобрать деньги у 11-летнего школьника, а не найдя ничего, зарезали.

— Я был спортсменом, когда мы узнали [про убийство], то устраивали рейды — вычислили поляну [на «Лосином острове»], где отдыхали ***** [наркозависимые]. Брали с ребятами тяжелые палки, они [наркоманы] лежат, чешутся, а мы приходили с палками и лупим их.

FBCA_4RIkVo.jpg

Одна из основных точек по продаже находилась то ли во «врачебном доме» на Открытом шоссе, то ли в доме 13, корпус 3 по улице Химушина —Максим точно не помнит. 

— Там жил барыга, у которого была кличка Децл, еще с древних времен, — говорит он. — Он очень жестко расправлялся со всеми должниками (конечно, работал не один). Так вот, когда появился Децл [рэпер Кирилл Толмацкий], было смешно смотреть на барыгу.

А прямо напротив [Открытое шоссе, 24, корпус 36] жил мужик-алкаш, которого запирала жена. Он занимался декоративно-прикладным искусством и из окна просил нас, школьников, взять у него матрешки и обменять их в подвальном магазине на водку. Самое интересное, что нам это удавалось.

Рынок и общепит

m-N_cakXFcs.jpg

Сейчас людей, внешность которых говорит о серьезной зависимости, можно встретить разве что у «Красного и белого» и у бывшей «Диеты» (большую площадь магазина занимает супермаркет «Авоська»). Это самая центральная часть района, место притяжения и пересечения людей, которые живут по двум сторонам от трамвайных линий, разрезающих Метрогородок. Если несколько лет назад все желающие посидеть в кафе были вынуждены ездить в Сокольники или торговый центр «Подсолнухи» на «Бульваре Рокоссовского», то теперь на условной площади рядом с «Диетой» можно купить суши, есть две точки разливным пивом, ремонтная мастерская и магазин игрушек. Метрогородок все больше приобретает черты стандартного столичного района.

Здесь же в середине 1990-х был открыт первый в районе рынок. А на нем, в небольшом летнем некапитальном строении вроде тех, которые можно часто встретить на берегу Черного моря, находилось «Метрокафе» — первое заведение общепита. 

J1ZlKRyAZVk.jpg

Местный житель Илья не помнит, чтобы в кафе была еда, но в нем продавался условный набор общепита для девяностых: «пиво/водка/фисташки». Причем алкоголь многие брали в соседнем магазине, говорит он. Сейчас кафе сохранило название, однако продает халяль — самсу с хачапури по 65 рублей и бизнес-ланчи. Никакого алкоголя, как завещает сура Корана, в нем нет.

Игорь Л., переехавший в район несколько лет назад, рассказывает, что постоянно видит на автобусной остановке глухонемых — в районе существует общество инвалидов. Это сейчас они мирные, не согласен Илья, с которым мы познакомились возле кафе, — раньше здесь действовала целая «банда глухонемых». 

— Глухонемые держали ресторан на рынке и булочную, — говорит он. — Не знаю, враждовали ли с кавказцами, но в голубом здании на рынке находился кавказский банк. 

«Мафия глухонемых» — это название использовала раньше пресса — появилась на стыке восьмидесятых и девяностых, одним из ее лидеров был выходец из Тбилиси Леван Джикия, который от рождения не имел слуха и предпочитал сначала бить жертву, а уже потом спрашивать ценные вещи. Сначала он организовал вертикаль попрошаек, которые вымаливали жалостью деньги в электричках, а потом криминальный бизнес начал предоставлять интимные услуги и занялся крышеванием. 

Однако в 1996 году Левана застрели у метро «Сокол», банда инвалидов распалась на несколько независимых ячеек и, если верить Илье, одна из них до конца девяностых занималась крышеванием части бизнеса в Метрогородке. 

Новые микрорайоны и старые проблемы

QbuwH2lccH8.jpg

По данным карты на mos.ru, в рамках программы реновации в Метрогородке снесут больше 50 домов, то есть примерно половину жилых строений района. Пока же среди пятиэтажек можно встретить ретропейзажи, своим рафинированным садоводством и отчаянным ЖКХ-артом скорее напоминающие подмосковный город, чем сравнительно взрослую окраину столицы. Например, недалеко от нового кирпичного дома, построенного на месте фенольного, натянут шпагат с сохнущей одеждой, вода с которой стекает прямо на засаженные цветами и дачными декоративными деревьями клумбы — придомовая территория у некоторых хрущевок здесь шире, чем пешеходные зоны в центре Москвы. Поклонник околофутбола Максим вспоминает, что в «голодные» девяностые вместо цветов здесь были грядки — люди сажали картошку и огурцы, чтобы как-то прожить.

gs3hahf148U.jpg

На месте, где еще недавно была «разливайка», торговали восточным фастфудом и крепким алкоголем, строится ЖК «Сиреневый парк» с видом на один из фенольных домов, как хвост от него еще тянется линия с ларьками с шаурмой, техцентром и какими-то не по-московски подозрительными магазинами. Район начинается крупной плодоовощной базой с магрантами, а заканчивается больницей Управделами президента, к которой по лесной асфальтированной дороге иногда проезжают машины с номерами АМР.

Игорь Л., живущий несколько лет в Метрогородке, говорит, что район хороший, лучше многих московских: 

— Мне очень нравится. Лес, инфраструктура… К/Б через дом, а внизу «Пятерочка». Чего еще желать?

И правда.