Святая Троица на карте Москвы - Московская перспектива

Святая Троица на карте Москвы

Святая Троица на карте Москвы

1. На Троицкой горке

Самый, пожалуй, интересный из объектов, связанных с Троицей, – так называемое Троицкое подворье. Оно расположилось на Троицкой горке, на пересечении Садовой-Сухаревской улицы и Олимпийского проспекта. Это подворье было собственностью Троице-Сергиева монастыря – отсюда и название.

Главной целью подворья было зарабатывание средств к существованию для монастыря. В первую очередь за счет гостиницы. В которую конечно же пускали не одних лишь батюшек – здесь останавливались самые обыкновенные миряне. Гостиница, кстати, была очень скромная. Один предприниматель, Н. Варенцов, вспоминал о том, как навещал здесь другого предпринимателя, К. Маракушева: «Он помещался всегда в самом дешевом номере подворья: в маленькой, с одним окном, комнате помещалась железная кровать, маленький столик и один стул, больше в комнате ничего не было, так как больше в ней ничего нельзя было поставить.

Я помню, Маракушев моим первым визитом был как бы смущен, посадил меня на стул, а сам сел на кровать, объяснив мне: для чего ему большой номер, когда он приходит только переночевать, а весь день проводит в своем амбаре».

Жил в этом подворье чудотворец – митрополит Московский Филарет. Он, по свидетельству очевидцев, исцелял от пьянства, от болезней, помогал в иных делах. Тех же, кто сомневался в способностях митрополита, наставлял на путь истинный не без суровости. Вот одно из свидетельств: «В одном дворянском семействе брат с сестрою были разного мнения о владыке: сестра очень почитала его, но брат позволял себе говорить о нем без всякого уважения. Однажды между ними зашел разговор о прозорливости владыки, и брат, нисколько не доверяя этому, вознамерился испытать оную обманом и, несмотря на просьбу сестры оставить это намерение, оставался непреклонным. Вот однажды, одевшись в самое бедное платье, он отправился в Троицкое подворье. Когда вышел владыка, брат говорит владыке, что его посетило несчастье: поместье сгорело и он находится в крайности. Выслушав это, владыка удалился во внутренние покои и вынес пакет с деньгами, который и отдал ему с сими словами: «Вот Вам на погоревшее имение». По возвращении домой он показывает полученные от владыки деньги и с восторгом рассказывает обо всем подробно, чем сестра его ужасно была огорчена. На другой день он получил известие, что в тот самый день и час, в который он был у владыки, в его поместье сгорела часть его имения, и именно на ту сумму, какую он получил от владыки».

Самым же именитым обитателем подворья был патриарх Тихон. Он здесь поселился после революции и, как уверяли современники, к роскоши расположен не был: «Жил патриарх в прежнем помещении московских архиереев, в Троицком подворье Сергиевой лавры, «у Троицы на Самотеке». Этот скромный, хотя и просторный, дом имел Крестовую церковь, где монахи Сергиевой лавры ежедневно совершали положенное по уставу богослужение. Рядом с алтарем помещалась небольшая моленная, уставленная иконами; в ней патриарх и молился во время богослужения, когда не служил сам. Но служить он любил и часто служил в своей Крестовой церкви. Дом был окружен небольшим садиком, где патриарх любил гулять, как только позволяли дела. Здесь часто к нему присоединялись и гости, и близко знакомые посетители, с которыми велась приятная, задушевная беседа, иногда до позднего часа. Садик уютный, плотно отделенный от соседних дворов, но детишки-соседи взбирались иногда на высокий забор, и тогда патриарх ласково оделял их яблоками, конфетами.

Стол патриарха был очень скромный: черный хлеб подавался по порциям, часто с соломой, картофель без масла. Но и прежде преосвященный Тихон был совсем невзыскателен к столу, любил больше простую пищу, особенно русские щи да кашу».

Здесь же патриарха Тихона арестовали, а подворье на долгое время сделалось светским объектом. Но сейчас оно вновь, разумеется, отдано Церкви.

2. Вишняковский храм

В Москве довольно много храмов, посвященных Святой Троице. Один из них – церковь Троицы Живоначальной в Вишняках, которая известна деревянной с 1642 года. Каменная построена в 1678 году, а главная церковь перестроена в 1815 году по проекту архитектора А. Григорьева. Храм расположен на углу Пятницкой улицы, в исторической местности под названием Вишняково. Вишен здесь, правда, не выращивали – название произошло от стрелецкой слободы «Матвеевского приказа Вишнякова», которая была тут расположена XVII веке.

Этот храм определил судьбу известного звонаря-виртуоза К. Сараджева. Он вспоминал: «Мне было 7 лет. Раз весной, в вечернее время, гулял я со своей няней (няня любила меня исключительно сильно, всем сердцем) неподалеку от дома, у Москвы-реки, по Пречистенской набережной, и вдруг совершенно неожиданно услышал удар в очень большой колокол со стороны Замоскворечья. Было это довольно-таки далеко, но в то же время колокол слышался очень ясно, отчетливо; он овладел мною, связав меня всего с головы до ног, и заставил заплакать. Няня остановилась, растерянная. Она обняла меня, я прижался к ней, мне было трудно: сильное сердцебиение, голова была холодная; несколько секунд я стоял, что-то непонятное, бессвязное пробормотал и упал без сознания. Няня сильно перепугалась и попросила первого попавшегося отнести меня домой. Дома все тоже были перепуганы и поражены, совершенно не понимая, почему это произошло. С тех пор этот колокол я слышал много раз, и каждый раз он меня сильно захватывал, но такого явления, какое было в первый раз, после уже не бывало. Этот колокол слышали и няня, и родные мои, для этого я водил их на набережную Москвы-реки. Долго не мог я узнать, откуда доносится этот звук величайшей красоты, – и это было причиною постоянного страдания… Одиннадцати лет был я на одной колокольне в Замоскворечье, было воскресенье, утро, время, когда в церквах служба, при ней и звон. Вдруг услышал я удар в колокол, который, очевидно, был очень недалеко. Он заставил меня глубоко задуматься: он будто что-то напомнил мне. Затем еще раз был этот удар, я оглянулся в сторону гула и увидал колокольню. Это была Троица в Вешняках, на Пятницкой».

Колокольня здесь и вправду исключительная. Искусствовед Ю. Шамурин писал: «Самое прекрасное в этой церкви – колокольня, построенная в духе классицизма. В ней гармонично сочетаются древнерусские формы с классической эстетикой, не уступая ни одной пяди своего художественного замысла. Высокая, квадратная в плане, в виде разнообразно украшенных кверху суживающихся ярусов, она завершается иглой-шпилем. Декорация усложняется с каждым ярусом. В нижнем ярусе гладкие стены, только четыре колонны у западного входа да пышный фриз по верхнему карнизу. Второй ярус рустованный, образующий как бы арки, легко и плавно несущий верх. Над ними самый нарядный ярус, облепленный полуколоннами, несущими узорный архитрав. Выше – вновь гладкие стены по сторонам пролетов, пролеты окаймлены двумя колоннами, их капители продолжены гирляндами на гладких стенах углов, и так и вьется по верху яруса, завершая четырехгранную композицию колокольни, прихотливый резной пояс узора. Еще выше восьмигранный тамбур, законченный высоким шпилем».

К счастью, этот шедевр сохранился и по сей день радует взор москвичей.

3. Туркменский мотив

На западе Москвы, неподалеку от Строгинской поймы, есть местность под названием Троице-Лыково. Названо оно в честь церкви Троицы, построенной здешним землевладельцем Борисом Лыковым в XVII веке. Альтернативное название все той же местности – Карзинкино. В честь более позднего владельца.

Впрочем, до революции Троице-Лыково особенной славой не пользовалось. О нем заговорили в 1924 году, когда здесь открыли Туркменский дом просвещения с интернатом для туркменских же детей.

Это был педагогический эксперимент. Юных туркменов, наиболее способных к наукам, отправляли сюда обучаться – как во времена Петра Великого талантливейших «недорослей» посылали в Европу. Один из учеников писал: «Большая первая половина дома была деревянная, а меньшая, левая, – кирпичная. На двух его этажах имелось множество изолированных, смежных и небольших комнат, а всего их было 46. На первом этаже размещались классные комнаты, дирекция, ее службы, кухня, столовая. Рядом со столовой были две небольшие комнаты, где жили работники кухни… Столовая – просторное вместительное помещение, которая в одну смену размещала всех учеников. В конце коридора, рядом с входом в столовую, поднималась лестница, ведущая на второй этаж – в клуб и врачебные помещения».

Не избалованные бытом обитатели Троице-Лыкова были довольны: «Для нас, туркменских детей из неимущих семей, а таких было большинство, непривычная еда, баня, мыло, постельное белье в духовном преобразовании значили не меньше, чем знакомство с устройством мира на уроках физики, географии».

А в Троицкой церкви разместили лекторий, кинотеатр и клуб – туркменских гениев воспитывали в надлежащей атмосфере атеизма.

В 1929 году здесь случился суровый пожар. К счастью, никто не пострадал, однако же Дом просвещения восстанавливать не стали. На его месте открыли обычный колхоз.

Кстати, еще раньше, в 1922 году, здесь тайно поселились Ленин с Крупской. Тайно – потому что Ленин прятался от «белогвардейских угроз» и его местопребывание тщательно скрывали. Прогулки, впрочем, разрешались. Надежда Константиновна писала: «На прогулках мы много разговаривали с Ильичом на антирелигиозные темы. Приближалась весна, набухали почки, мы с Ильичом ходили далеко в лес по насту».

Но в скором времени спецслужбы отрапортовали об окончательной победе над врагом, и Ленин снова переехал в Горки.

4. Мост и башня

Самые же древние объекты, связанные с именем святой Троицы, – Троицкая башня Кремля и Троицкий мост над Александровским садом, который связывает ее с Кутафьей башней.

Троицкая башня – самая высокая, 80?метров. Она была возведена в 1499?году и за это время сменила немало названий – Богоявленская, Ризположенская, Знаменская, Каретная. Автор этого шедевра – итальянский архитектор Алевиз Фрязин, вывезенный по приказу царя Ивана Великого вместе с другими своими коллегами в Россию для строительства нового Московского Кремля. Шатер же появился позже – в конце XVII века. Это одна из немногих кремлевских башен, которую до 1935?года венчал двуглавый орел (он, кстати, был самым древним, изготовлен еще в 1870 году), а затем – пятиконечные звезды (сначала украшенная самоцветами, а затем и рубиновая).

Троицкий же мост, по сути, новодел. Он был фактически заново сооружен в прошлом столетии. Первый же мост на этом месте находился уже в 1376 году, когда на Боровицком холме был выстроен первый каменный кремль.

5. Боевая столовая

До 1917 года в Москве, по воспоминаниям современников, существовала еще одна достопримечательность, связанная с именем Троицы, – Троицкая столовая. Она была дешевая, располагалась наряду с другими учреждениями, в том числе большой аптекой, в доходном доме князя Гагарина и пользовалась популярностью в первую очередь у студентов. А их тут хватало – неподалеку находятся консерватория и университет.

Дом Гагарина стоял на площади Никитских ворот, в торце Тверского бульвара, там, где сегодня возвышается памятник Тимирязеву. В октябре 1917 года тут проходили страшные бои. В столовой же собрались юнкера, пытавшиеся защитить это здание от большевиков. Один из них оставил свои воспоминания: «По всему бульвару горели фонари, зажженные с того вечера, когда не было боев, и забытые, горели уже третьи сутки подряд.

Газовый фонарь на углу был разбит, и теперь огромное пламя, как факел, билось на столбе, раздуваемое ветром… Стрельба из орудий велась часа полтора. Это было ночью. Фонари теперь светили, и весь бульвар был полон мечущимися тенями. Газ на разбитом столбе горел все так же, как и в первый день, метался как живой».

Впрочем, тщетны были все усилия. Дом уничтожили. Константин Паустовский писал: «К вечеру второго дня загорелся дом «на стрелке», где была аптека. Он горел разноцветным пламенем – то желтым, то зеленым и синим, очевидно, от медикаментов. Глухие взрывы ухали в его подвалах. От этих взрывов дом быстро обрушился. Пламя упало, но едкий разноцветный дым клубился над пожарищем еще несколько дней».

Место для будущего памятника было освобождено.