21 апреля 2018
Издается с 1957 года

«Стройка и плов любят твердую мужскую руку»

Виктор Разумный уверен, что хорошую работу не грех разбавить качественным футболом и приправить ароматными блюдами
Виктор Дмитриев 9 апреля 2018№13 37

Pic 1523300442

Рабочие будни Виктора Разумного напоминали жизнь на Крайнем Севере – солнце видел редко, зимой в первую смену светлого времени суток на улице не заставал: опустился под землю – еще ночь, поднялся на поверхность – уже ночь. Однако в «Мосотделстрое № 1», где Виктор Петрович трудится старшим прорабом, его объектами стали в основном наземные сооружения – локомотивные депо «Митино», «Солнцево» и другие объекты. При этом работу строителя он ни на что не променяет, потому что, говорит, любит видеть результат.

«Родился я Сурхандарьинском регионе Узбекистана, в шахтерском городе Шаргунь, – рассказывает Виктор Разумный. – Это самый солнечный регион республики – с теплой зимой и продолжительным летом, с плодородными землями. Вроде бы сама природа настраивала меня стать специалистом по сельскому хозяйству, но я этой идеей не вдохновился. Отчасти, наверное, потому, что мои родители были оренбургскими казаками, приехавшими в 30-х годах прошлого века в Узбекистан из-за голодомора, искать лучшей доли.

Я был поздним ребенком. Мой старший брат родился перед войной, а я в начале 50-х годов. Учебой в школе особенно не тяготился, зато родителям помогал во всем. Закончив десятилетку, как и положено парню, отслужил в армии. Потом пять лет трудился в шахте и заочно обучался в горном техникуме. При этом специальность выбрал не горняцкую, а строительную – занимался прокладкой коллекторов».

Подземные короли
Работа на одном месте полного энергии молодого человека не вдохновляла. Хотелось поглядеть страну, и в 25 лет он уехал из дома. Остановился на тульском тресте «Союзтоннельстрой». Занимался прокладкой подземных коллекторов в европейский части Советского Союза – в Риге, Минске, Тарту, Таллине, Калининграде, Витебске, в других городах. «До учебы в институте руки так и не дошли, да, наверное, не очень-то и хотелось, поскольку обучался на курсах повышения квалификации, да и опыт накопил серьезный», – уверен Виктор Петрович.

О коллекторах он может сложить поэму. Рассказывает, что их протяженность в городах измеряется десятками километров. Строителям приходится тянуть их и по гористой местности, и вдоль рек, и вблизи моря, прокладывать на большой глубине. Внутри строящийся коллектор напоминает тоннель метрополитена с округлыми стенами, протянутыми вдоль них проводами, дощатым помостом на дне и рельсами, по которым вагонетки вывозят породу. Срок службы коллектора глубокого заложения может достигать 300 лет.

По словам Виктора Петровича, коллекторы в сильно обводненных грунтах и грунтах-плывунах, расположенных вдоль моря, прокладываются с использованием повышенного внутреннего давления в стволе до трех атмосфер. Работа сложная, тоннельщики трудятся в агрессивной среде. Закончив смену, рабочим необходимо пройти через «вышлюзовывание». Они должны 15–20 минут находиться в специальной камере – кессоне – до тех пор, пока давление в ней не нормализуется. Иначе возникнет «эффект водолаза» – кровь от избытка азота «закипает», что может привести к тяжелым заболеваниям.

«Подобным способом мы тянули коллектор в Тарту вдоль Балтийского моря, прокладывали в Витебске через Западную Двину, – рассказывает Виктор Петрович. – Меня несколько раз угораздило почувствовать на себе «эффект водолаза». Состояние отвратительное! Подобное случилось в Тарту. Там кессонная камера не была оборудована необходимыми манометрами, и для меня не могли подобрать нужное давление, из-за чего у меня начинались дикие боли во всем теле. В ту пору мобильной связи не было, а специальный центр по подготовке водолазов находился в 80 километрах от нас. По телефону ничего выяснить не получалось. И тогда наш врач поехал в водолазный центр и привез специалиста вместе с датчиками, который смог поставить меня на ноги».

Любопытно, что когда ведут проходку в кессонах на относительно небольшой глубине, в земле возникают так называемые прострелы – трещины, которые выходят на поверхность и противно гудят. За счет разницы давлений в коллекторе и на поверхности подземное отверстие, как пылесос, может засасывать оказавшиеся рядом с ним небольшие предметы из коллектора и выталкивать их на поверхность. Бывает, рабочие шутят – засунут в трещину старые фуфайки, обувь, и все это на большой скорости вылетает из-под земли. Люди на поверхности не могут понять, что это за чудо.

По словам строителя, в крепкой породе или на большой глубине использовать тоннелепроходческий щит нельзя, участки проходят буровзрыв-ным методом. Сверлят скважины диаметром до 100 миллиметров, в которые помещают заряд. Взрывают. Выгребают породу и вновь повторяют операцию, постепенно продвигаясь вперед.

Большой минус работы под землей – не хватает солнца. Если зимой работаешь в первую смену, то светлого времени суток на улице не застаешь: опустился под землю – еще ночь, поднялся на поверхность – уже ночь».

«Кабинет не по мне»
«В 2000-е годы, проработав много лет под землей, я вышел на поверхность. В тресте меня определили кабинетным работником. Заниматься бумагами, согласованием, дело, конечно, ответственное, но не мое. Я люблю наблюдать результат вживую, в виде конкретных зданий, сооружений, вот и решил осваивать новые направления строительства – перешел в «Мосотделстрой № 1», где и сейчас работаю старшим прорабом.
Сначала меня направили на строительство локомотивного депо «Митино», мы возвели сооружения с отстойными площадками мойки и починки локомотивов, административно-бытовой корпус, мост через железную дорогу.

На строительство депо «Солнцево» мы пришли первыми: глины по колено, кругом болото, ходишь – сапоги засасывает. В первую очередь сделали хорошие подъездные дороги для грузовиков, бетономешалок. Сложным оказался монтаж трехметровой подпорной стены ограждения. С виду кажется, что ничего особенного, а на самом деле обустройству мешали высокие грунтовые воды, да и расположена она на большой глубине. Но справились. Как и со многими другими трудностями.

Сложной оказалась и заливка огромной плиты перекрытия на строительстве спецсооружения – площадью 1 тыс. кв. метров, да к тому же переменной толщины. Одной арматуры на нее ушло около ста тонн. За 12 часов мы приняли 600 кубов бетона! Приходилось постоянно контролировать рабочих, чтобы они равномерно заливали плиту, иначе в ней могли образоваться трещины.

А вообще электродепо «Солнцево» – это целый город с несколькими проходными, которые наше подразделение также ввело в строй в конце марта. Только ограждение территории в длину – до двух километров. Впрочем, работы здесь приближаются к концу. Следующим этапом станет депо «Руднево».

Тренер по призванию

«По натуре я не дачник, – говорит Виктор Разумный. – Там супруга заправляет. Если требуются мужские руки, я обязательно сделаю все, что надо, но не более того. А вот футбол – увлечение с детства. Активным болельщиком «Спартака» остаюсь по сей день. В свободное время тренирую ребят. Наша команда участвует в перенстве по футболу среди строительных организаций столицы.

Прошлым летом мы заняли второе место. Сейчас проходит двухмесячный чемпионат Москвы, и мы каждую субботу играем. Правда, бывает, нужных игроков привлечь не могу – строительные организации не отпускают ребят с работы, поскольку они специалисты в своем деле. Прямо как в кинофильме «Большая перемена» – приходится идти к их начальству, просить. Супруга мою страсть к мячу не ограничивает, а сама любит большой теннис, фигурное катание. Она, как и я, – строитель. Была начальником отдела капитального строительства в тресте «Туластрой», затем работала в отделе снабжения. Сейчас на пенсии. Один сын – программист, связан со станками с числовым программным управлением. Другой – бывший моряк, сейчас реализует свои морские знания на берегу».

Почти семь тысяч семей получат квартиры по программе реновации до конца этого года
  • 16 апреля, 19:26
  • Антон Мастренков
Дом русского зарубежья в Москве получил еще одно современное здание
  • 16 апреля, 20:20
  • Сергей Чаев
Владимир Путин оценил успехи Москвы в разных областях экономики
  • 16 апреля, 19:28
  • Андрей Макарский,